Более тридцати лет я была знакома с Тыко Вылкой. Мы встречались каждый раз, когда он приезжал с Новой Земли, а особенно часто после его переезда в Архангельск.

Тыко (Илья Константинович) живо и увлеченно рассказывал о жизни ненцев, о новостях, о промысле, об экспонатах для музея, пел любимые былины и песни, вспоминал слышанные еще в детстве загадки, пословицы и шутки; знакомил с новыми, сочиненными им сказками и песнями, говорил теплые слова о всех своих учителях...

О талантливом ненце, строителе новой жизни, отдавшем все силы, знания и способности своему народу, социалистической Родине, написано немало очерков. Я попытаюсь воскресить свои впечатления об Илье Константиновиче, о его встречах с замечательными людьми России —полярными исследователями и художниками, о его государственной деятельности в советские годы...

***

Детство Тыко Вылки прошло на суровой Новой Земле. Семи лет он пошел на промысел. Отец учил его ловить рыбу, бить гусей, собирать птичьи яйца, промышлять зверя. Четырнадцатилетним он один проплыл на лодке Маточкиным Шаром, который разделяет Новую Землю на два острова. «Пролив этот дикий, скалы голые, туман над ними, а вышел на Карскую сторону — простор: вода да льды и зверя много», — вспоминал Илья Константинович.

Дальние походы привлекали Тыко не только промыслом зверя. На лодке, на собаках, пешком он без карт и компаса обследовал горы, ледники, заливы и бухточки. С интересом наблюдал, как ложится снег, образуя сугробы, какой ветер оголяет горы и какой одевает их в снежный покров, как встает и падает волна, как плывут облака, какой цвет их над сушей, над морем и льдами... В этих своих первых путешествиях Тыко питался тем, что сам добывал, часто ночевал в снежных ямах или между камнями вместе с собаками упряжки. Он настойчиво, кропотливо изучал книгу природы арктического острова, свои наблюдения заносил в дневник (грамоте его выучил отец), делал зарисовки. Эти данные очень пригодились ему и В. А. Русанову в их совместных походах и плаваниях и при составлении карт.

Полярный исследователь-геолог В. А. Русанов изучал Новую Землю в 1907—1911 годах. В первой экспедиции проводником у него был Е. Хатанзейский, во второй — Ханец Вылка, отец Тыко, а в последующих трех его сопровождал Тыко.

— Владимир Александрович Русанов, — рассказывал Илья Константинович, — был большой, выносливый, отважный и веселый человек. До плеча ему только доставал, он меня за меньшего не считал. С ним я чувствовал себя не самоедом, как нас тогда называли, а ненцем, как называют теперь, что значит — человеком. Он не посылал меня, где труднее, сам впереди шел. Но я тоже не пускал его, оберегал, — я привычнее. Русанов говорил мне: «Весь припас и труд — все пополам».

Русанов многому научил Вылку и учился у него сам. Не раз попадали они в труднейшие переделки на море и на суше, переносили вместе жестокие штормы и пургу, преодолевали горные перевалы и ледники. Поразили Русанова в Вылке неистощимая любознательность, жажда познания, глубокое интуитивное понимание им явлений природы, их связей, удивляла его способность к рисунку и картографии.

От Русанова Вылка узнал о революционерах, о тяжелых условиях жизни рабочих и крестьян царской России. Эти рассказы расширили его кругозор и в дальнейшем помогли лучше понять свои обязанности перед ненецким народом. Глубокое уважение и большая дружба связывали ученого и его проводника. «Две головы, но одно сердце было у нас», — говорил Илья Константинович. Мужество, целеустремленность, скромность и готовность помочь друг другу отличали их.

На парусной шлюпке Русанов и Вылка прошли от Крестовой губы до полуострова Адмиралтейства, на мотоботе «Дмитрий Солунский» обошли вокруг Северного острова Новой Земли, а на мотопарусной яхте «Полярная» — Южный остров. Позади был тысячекилометровый путь по ледникам, перевалам, горам и тундре, где они собрали ценнейшие материалы по геологии, гляциологии, зоологии и ботанике Новой Земли. Вылка сделал много зарисовок цветными карандашами.

Первые его рисунки, сделанные углем, увидел на острове художник М. Ю. Гольдштейн, который подарил юноше цветные карандаши и бумагу, научил ими пользоваться. Подарил Гольдштейн Тыко и карту Новой Земли. При встрече с художником А. А. Борисовым в 1900 году Вылка познакомился с письмом красками. «Я дивился Александру Алексеевичу, хорошо он писал Север, потому что знал и любил его», — вспоминал Илья Константинович. Но любовь к рисунку цветными карандашами у пего сохранилась навсегда.

Летом 1908 года Вылка был проводником у художника-фотографа 3. 3. Виноградова, от которого получил много советов, узнал, что такое перспектива, сюжет, колорит рисунка, картины.

Зиму 1910/11 года Вылка провел в Москве, куда его увез Русанов. Он учился рисунку и живописи у художников В. В. Переплетчикова и А. Е. Архипова. Общеобразовательными предметами с ним бесплатно занимались опытные преподаватели. Он с увлечением продолжал практиковаться в топографической съемке и картографии, основы которых уже освоил в путешествиях с Русановым.

«Вылка несомненно талантливый человек, — писал Переплетчиков. — Он не только талантливый художник, он талантлив вообще. У него хороший музыкальный слух и память». Первая выставка рисунков и картин Вылки состоялась в 1910 году в Архангельске, вторая — весной 1911-го в Москве. Похвальные отзывы, рецензии, фотографии с его картин были напечатаны в журнале «Живое слово» (1911, № 7).

Вылка хранил в памяти огромное число былин, сказаний, легенд, песен, сказок, загадок, поговорок и шуток; любил их исполнять. Особенно ему нравились былина о Яр-Салню и сказание о Ваули Пиетомине — борце за справедливость, за лучшую долю ненецкой бедноты.

Илья Константинович пел стоя. Он долго откашливался, пробовал голос, протирал очки... Но вот найден тон, голос окреп, и Вылка поет на низкой, рокочущей ноте, поет торжественно, без жестикуляций, только движением бровей подчеркивая интонации. Ненецкие песни он сопровождал выразительным жестом, мимикой и часто пояснениями. Сказки сказывал художественно, тонко передавая речь мудрого старика, хлопотуньи старушки, ребенка, скупым жестом, легким движением подражая повадкам зверей...

Много песен, рассказов и сказок Илья Константинович сочинил и сам. По-русски он говорил короткими фразами, почти без акцента; в его речи не было никаких «больсе, дальсе», выдуманных некоторыми писателями. Хороша в его исполнении песня о новой жизни:

Из года в год бывает весна.

Лето бывает тоже.

Осень, срастаясь с зимой,

На смену лету приходит.

Не вернется лишь старая жизнь,

И незачем ей возвращаться.

Другая жизнь началась.

И этой новой, советской жизни Вылка отдавал все свои силы, талант и знания. «К свету идем!» — восклицал он.

Через год после победы Великой Октябрьской социалистической революции Вылку избрали председателем поселкового Совета — так началась его государственная деятельность. В 1920 году он организовал коммуну ненцев-бедняков, живших у Крестовой и Белушьей губ и возле Маточкина Шара. Но коммуна вскоре распалась.

Спустя четыре года Вылку, уважаемого, грамотного человека, знающего нужды народа, избрали председателем островного Совета Новой Земли. В то время здесь было четыре поселка, для промышленников — четырнадцать домов, но не было школы и больницы. Трудно пришлось новому председателю. Промыслы оскудели, продуктов с Большой земли завезли мало. Население острова голодало, не хватало топлива, медицинская помощь почти отсутствовала... Но Вылка верил, что общим трудом островитян с помощью народной власти будут преодолены временные невзгоды.

Он без устали разъезжал на собаках по становищам, поселкам, промысловым участкам, поддерживал постоянную связь с уполномоченными, обсуждал с населением, как увеличить промысел зверя, рыбы, где и как обучать детей и взрослых грамоте, где заложить новые поселки. Прежде всего решили открыть школу в старой избе поселка Кармакулы, построить новое здание школы с интернатом. Первым учителем в этой школе был Т. П. Синицын из Архангельска. Ребятишки да и взрослые охотно шли учиться грамоте.

В поселке Белушье в 1927 году активисты бывшей коммуны организовали первую промысловую артель, в нее вступили и промысловики других поселков, а ее председателем избрали Илью Константиновича. Когда хозяйство получило катер, мотористом стал он же. Постепенно артели создавались во всех поселках; восторжествовал коллективный труд. Мотористов для катеров в новых артелях готовил он же - председатель островного Совета.

В 1929 году И. К. Вылка поехал в Москву для доклада о делах и нуждах населения Новой Земли в Комитет Севера при Президиуме ВЦИК. О чем докладывать и что просить — эти вопросы предварительно обсуждались на артельных собраниях. Пушнину, гагачий пух, сало, шкуру морского зверя, рыбу сдавали промышленники государству. И они просили построить дома в поселках и на факториях, снабдить промысловыми судами, снастями, охотничьим оружием, промтоварами и необходимым продовольствием. В недалеком прошлом забитые, обездоленные люди заговорили во весь голос, они были уверены, что Советская власть поймет их нужды.

— Работаем на свое государство, — заканчивая доклад, сказал Илья Константинович. — На себя, не на купцов.

Председатель комитета П. Г. Смидович одобрил доклад и пообещал, что Советская власть поможет Новой Земле. И. К. Вылка попросил еще о встрече с М. И. Калининым: «Приеду домой, спросят промышленники, видел ли Михаила Ивановича. Что отвечу?»

Памятная для Вылки на всю жизнь встреча состоялась. «Я помню, что Михаил Иванович сказал мне: «Ты, товарищ Вылка, должен работать для своего народа. Ты ведь председатель своего народа». Эти слова Михаила Ивановича Вылка воспринял как завет.

В его дневниках собраны все требования новоземельцев, описаны все встречи. Вспоминая о М. И. Калинине, он записал: «Сразу было видно, что простой человек Михаил Иванович. Рубашка на нем темная, а подпоясок кожаный, старенький, потертый». Глаз художника заметил эту деталь, а бывалый человек объяснил.

Из Москвы Вылка прибыл в Архангельск. Получив указания и Советы, заручившись поддержкой партийных и советских организаций» он осенью возвратился в Белушье. Его встречали все жители поселка. Радостной была эта встреча: председатель привез на пароходе моторные катера, строительные материалы, рыболовное и охотничье снаряжение, одежду и продовольствие —словом, все, что просили и в чем нуждались ненцы. После Илья Константинович ежегодно приезжал в Архангельск и возвращался на Новую Землю со всем необходимым для промышленников, для жителей острова.

— Одного никак не выбил, — шутил он впоследствии, — штатную единицу парикмахера. Сам стариков подстригал, а ребят— самодеятельные мастера.

Илья Константинович понимал, что жизнь требует от него, руководителя населения Новой Земли, больших знаний, и в 1926— 1937 годах окончил общеобразовательные курсы, организованные Архангельским облисполкомом.

Партия и правительство уделяли развитию северных окраин, освоению Арктики большое внимание. Не осталась в стороне и Новая Земля. Появились новые поселки: Русаново, Красине, Пахтусово, Лагерное, имени Смидовича, Русская Гавань. В губах были сооружены пристани, поднялось более сотни теплых жилых домов, построены электростанция и радиостанция, проложен водопровод, расширена больница, а медицинские пункты организованы в каждом поселке. Телефон связал поселки между собой и с факториями. Начала издаваться местная газета.

Менялся облик далекого арктического края, и в это Вылка вкладывал всю свою душу, энергию. Председатель островного Совета особую заботу проявлял о распространении грамотности, добивался, чтобы все дети посещали школу, чтобы все взрослые научились читать и писать. Школа и интернат были расширены, для взрослых организованы курсы, где обучалось много женщин.

Многие ненцы, окончив новоземельскую школу, учились в техникумах и вузах Архангельска и Ленинграда. Три сына Ильи Константиновича обучались в Институте народов Севера. «Теперь у нас свои учителя, мотористы, медсестры, во всем ненцы разбираются», — с гордостью говорил председатель,

В клубе поселка Белушье демонстрировались звуковые фильмы. Положено было начало краевому музею, для которого И. К. Вылка собрал первые экспонаты. Громадный интерес населения вызвала художественная самодеятельность, каждый стремился стать артистом. Промысловые артели пополнились молодежью, охотно брались за дело женщины. Каждая артель имела моторные катера, орудия для лова зверя и рыбы... Подумал Илья Константинович и об охране природы — был введен лимит на отстрел белого медведя и оленя, установлены жесткие сроки сбора яиц...

Во время Великой Отечественной войны И. К. Вылка участвовал в организации обороны острова. По его рекомендациям размещались наблюдательные посты, там всегда была наготове упряжка собак для связи с островным Советом. На промыслах, где ушедших на фронт мужчин заменили женщины и молодежь, Илья Константинович, показывая всем пример, трудился самоотверженно. Он нередко участвовал в обсуждении маршрутов различных экспедиций, консультировал, помогал советами морякам... За работу во время войны И. К. Вылка был награжден орденом Красной Звезды и медалями.

Илья Константинович Вылка вышел на пенсию семидесяти лет, последние годы жил в Архангельске. Умер 28 сентября 1960 года.

Жизнь И. К. Вылки, талантливого ненца, — это взлет от бесправия, угнетения и нищеты к культуре, знаниям и свободному созидательному труду, это яркое свидетельство того пути, по которому идет ненецкий народ в братской семье советского социалистического обществе.