Говорить сейчас о важности и значении творческого наследства Федора Александровича Абрамова, — казалось бы, ломиться в открытую дверь. Писатель это крупный, признанный, широко известный и в нашей стране и за рубежом. Многие видные художники слова, деятели культуры, искусства, критики высоко оценили его литературный труд. Достаточно напомнить слова писателя И. С. Соколова-Микитова, сказанные в самом начале пути Федора Абрамова, после выхода первого его произведения: «У него редкий талант — талант человечности. Я думаю, Абрамов напишет еще не одну хорошую книгу. Он пишет от сердца, о том, что близко ему и дорого. У него все настоящее: и язык, и люди, и чувства». И суждение академика Д. С. Лихачева, выраженное уже после смерти Ф. Абрамова, о том, что «этот сильный, мощный, темпераментный» писатель поднимался в своем творчестве «до высот античного пафоса»... «Широкие проблемы современного человечества он сумел показать через судьбы русского северного крестьянства. Не случайно книги его переведены на все главные языки мира. Они интересуют всех, ибо судьба народного начала в современном мире... тревожит все цивилизованные народы».

И все-таки говорить о значении Ф Абрамова надо. Потому что писатель это особенный, обогативший не только читателей, но сильно повлиявший и продолжающий влиять на сам литературный процесс, на его направленность. Федор Абрамов был одним из наиболее значительных писателей, выступивших против лакировочных тенденций и в жизни и в литературе, против отрыва литературы от жизни. Мне кажется, опасность приукрашивания жизни в искусстве недооценивалась слишком долго, до самых последних лет.

Вследствие этого зазор между действительностью и ее образным отражением ликвидировался слабо. А это приводило к снижению авторитета литературы, к потере доверия к ней со стороны массового читателя. Не так давно в «Литературной газете» была опубликована тревожная статья критика С. Маркова «Не верим!». В ней приводились данные специального исследования социологов, пытавшихся выяснить причину, «почему у нас все больший процент молодых людей вообще не читает художественную литературу». «Отвечают: «Не верим! Не верим тому, что происходит в книгах, лежащих на прилавках книжных магазинов. Что происходит в романах и повестях, печатающихся в толстых журналах. Героям не верим. Авторам не верим». — «А чему же верите?» — «Тому, что происходит на самом деле. О чем иногда пишут в газетах». Вот оно, страшное последствие неточного отражения жизни искусством слова.

Мне думается, определяющее значение творчества Федора Абрамова, всей его литературной деятельности заключается прежде всего в том, что он сделал очень много для повышения авторитета советской литературы, роста доверия, внимания, интереса к ней со стороны многомиллионных масс читателей. И не только в нашей стране Он способствовал росту ее мировой популярности. Все свое творчество Ф. Абрамов подчинил тому, чтобы наша литература могла подняться на новый, более строгий уровень художественного мышления, чтобы она действительно верно и точно отражала бы лик времени, со всеми его сложностями, трудностями, противоречиями. Только в этом случае литература могла стать бесценным источником образной информации о жизни и работать в полную мощь как оружие преобразования действительности и духовной перековки людей.

Федор Абрамов очень серьезно относился к писательскому призванию, считал, что перед литературой сегодня стоят задачи огромной важности: она должна стать «силой духовного единства миллионов», чтобы человечество могло «противостоять ядерному безумию и отстоять жизнь на земле». А для этого, считал он, советским писателям, «в век неслыханной, небывалой спекуляции словом», надо «вернуть слову его изначальную мощь и силу». Борьба за достижение этой цели была и для самого Ф. Абрамова сверхзадачей, высшим смыслом писательского труда. Какие же особенности таланта Ф. Абрамова помогали ему в этой борьбе? Дарование его особенное: способности первоклассного художника сочетались в нем с глубоким аналитическим умом, с мощным интеллектом. Это литератор широкого кругозора, высокой образованности, многообразных знаний. Это одновременно И Писатель и ученый, и педагог и критик, и публицист и политик. И случилось так, что вся дописательская биография Ф Абрамова «велась подготовкой именно к такой синтетичности, фундаментальности его творческой позиции.

Поэтические склонности у Ф. Абрамова обнаружились рано. Еще учась в Карлогорской средней школе, он начал писать стихи и рассказы. Но уже тогда подростком понял, что для литературного творчества нужны огромные знания. И он отложил перо поэта, отложил на четверть века. Начались годы упорнейшей учебы. Карпогорскую среднюю школу он окончил первым учеником. В 1938 году стал студентом филфака Ленинградского университета. С первых дней войны добровольцем ушел на фронт. Был дважды ранен. Пережил блокаду. После демобилизации снова учеба в университете А потом аспирантура при кафедре советской литературы. Защита кандидатской диссертации. И все эти годы — штурм знаний.

Благодаря самозабвенному труду и настойчивости сын крестьянина из глухой таежной деревни поднялся к вершинным достижениям советской филологической науки. Выбор темы самой диссертации—«Роман М. Шолохова «Поднятая целина» — оказался не случайным. Молодого исследователя интересовала в советской литературе в первую очередь жизнь деревни. Прежде чем осваивать ее художественно, он глубоко постигал ее как ученый.

Федор Абрамов как литератор всегда стремился к самой суровой, бескомпромиссной правде. Только такой, полной, правдой было живо искусство, по убеждению писателя. Только такая правда была достойна народа.

Но одно дело — видеть правду, понимать ее, другое — ее выражать. Для Федора Абрамова такой раздвоенности не существовало. Он не таил правду в себе, он нес ее людям. И вот здесь-то с огромной силой срабатывали другие ценнейшие черты Ф. Абрамова — честность, мужество, прямота нрава. Бесстрашным глашатаем истины был этот физически не сильный человек, готовый во имя выстраданных своих убеждений претерпеть все.

Эти черты Ф. Абрамова проявились уже в самом начале его пути, когда он выступил в роли критика. В журнале «Новый мир» в 1954 году он напечатал прогремевшую на всю страну статью «Люди колхозной деревни в послевоенной литературе». В этой статье он подверг резкой критике многие известные в те годы романы и повести о жизни деревни военных и послевоенных лет — за их расхождение с действительностью, за облегченность, за недостаток в них правды. И хотя сам молодой критик подвергся за эту статью в то время жесточайшему разносу, своих взглядов он не изменил. Правота критика вскоре стало широко очевидной.

Спустя четыре года эти принципы Ф. Абрамова нашли уже художественное претворение в его первом романе. За первым романом последовали другие. Так родилась знаменитая тетралогия «Братья и сестры», потребовавшая от автора двух десятилетий напряженного труда.

Деревенская эпопея Федора Абрамова, удостоенная государственной премии СССР — его основное творенье, главный итог его работы. Это одно из наиболее значительных произведений во всей послевоенной советской литературе.

Знание сокровенных глубин народной жизни, коренных основ народной нравственности, познание порою горькое, саднящее, обжигающее беспощадной прямотой и достоверностью, но исцеляющее, дающее такие эмоциональные уроки, без которых на выстраивается душа человеческая.

...Страда на полях... Бабы, впряженные в плуги... Бьющиеся в постромках очумелые коровенки... Босоногие ребятишки с землистыми лицами... Бескормица, падеж скота. . Старики, подростки, «сопленосые девчушки» в лесу, «у пня»... Неурочные леденящие ветры... Похоронки... И, несмотря на это, яростное биение народной энергии, бешеное упорству людей. Волна трудового героизма, самоотверженная работа, роднящая людей, врачующая их рапы, помогающая им выстоять перед любыми трудностями...

Тетралогия Ф. Абрамова отличается и содержательной глубиной, и острой проблемностью. Ее идейный пафос образует не только тема трудового подвига и титанических испытаний, которые выдержало наше крестьянство в военное и в послевоенное время. Здесь много других злободневных проблем руководства, рационального хозяйствования, сельской экономики, культуры, быта, вопросы, связанные с технической революцией в лесу, с реорганизацией сельского производства, с ростом материального достатка жителей деревни и с переменами в их семейно-бытовых отношениях... И все это написано автором с глубоким знанием дела, с зорким провидением обретений и промахов в самой эволюции сельской жизни.

Но надо все-таки помнить, что Федор Абрамов писал не социологическое исследование, не экономический трактат. Он писал художественную картину, правду о людях. Поэтому главное в его романах — душевная жизнь героев.

Характеры в тетралогии отличаются не только выразительностью, пластичностью, но и особой диалектичностью. Это характеры-исследования, постижение неповторимо-своеобразных человеческих судеб, свидетельствующих о неиссякаемом духовном богатстве российского люда. Вспомним судьбы Пряслиных Анны, Михаила, Лизы, жизненную историю старика Ставрова, Федора Клевакина, Варвары Иняхиной, пути председателей колхоза Анфисы Мининой и Лукашина, горькое житие Марфы Репишной, метания Ильи Нетесова, «завидное» восхождение по жизни Егорши Суханова, трудную биографию «хозяина района» Подрезова. Каждый из этих характеров по сути характер романный, каждый мог бы стать центром самостоятельного художественного исследования. И сопряженность всех этих судеб в одной книге, спрессованность их эволюций обусловливает особую внутреннюю емкость эпопеи писателя, ее высокое гуманистичен ское содержание.

В произведениях Ф. Абрамова заметно, также, особое тяготение к показу духовно одаренных, сильных натур, писатель любит изображать удаль, мощь, ширь человеческого характера, трудолюбие, стойкость, твердость, самоотверженность людей... При этом автор не боится гиперболизации, резкого выделения этих свойств: тяжесть испытаний, которым подвергаются герои, делает правомерными такие заострения. Эта особенность письма Ф Абрамова заметна во многих его книгах, но особенно ощутима она в его последнем романе «Дом». Обратимся к центральным героям романа.

Пожалуй, мы все согласимся с тем, что наиглавнейшее в Лизе — талант служения людям. Но что же тут нового? Ведь в последние десятилетия наши писатели создали немало ярких образов женщин, способных к полной самоотдаче, к глубочайшей самоотверженности. Но в том-то и дело, что Ф. Абрамов не повторяет известного, он находит свой особый способ воплощения этого качества. Он доводит эту способность своей героини до предела, до небывалой концентрации и мощи. А главное, он воссоздает эту черту в ее преобразующем воздействии на жизнь, он улавливает Лизино в других, показывает, как деятельная Лизина любовь творит чудеса, выпрямляет людей, помогает им выстоять перед любыми трудностями.

Нечто сходное наблюдаем мы и в образе Михаила Пряслина. Это не просто положительный герой. Дело в том, что лучшие черты Михаила опять-таки по-абрамовски резко выделены, гипертрофированы, показаны как воинствующие. Одна из них трудовая истовость, способность доходить в работе до полного самоупоения, до исступления.

Михаил неистовством в труде выражает свое отношение к тому холодку, который стал проявляться у иных по отношению к работе, к той эгоистической расчетливости, боязни переработать, с какими стали подходить к делу некоторые обывательски настроенные люди, зажившие в материальном довольстве.

Другая важная черта Михаила, можно сказать, его определяющая страсть — хозяйское, активное, глубоко заинтересованнее отношение к жизни, постоянная неуспокоенность, обостренное ощущение народных забот, чувство личной ответственности за все происходящее на родной земле...

И именно эти черты любимых героев Ф. Абрамова особенно современны, эти черты делают их дорогими для нас.

Правдивостью и зоркостью в обрисовке народных натур отличаются не только романы писателя. В его повестях и рассказах также немало характеров-открытий, ярких очерков душ. Вспомним хотя бы образы Пелагеи и Альки из одноименных повестей писателя, образы, в которых так тесно переплетаются самые разноречивые черты, казалось бы, несовместимые, несоединимые, но органически отразившие противоречия самого времени. Недаром же эти характеры вызвали столько критических споров! Или образ Василисы Милентьевны из повести «Деревянные кони», этой «королевы труда».

А какие россыпи «народных сердец» в рассказах Ф. Абрамова! Сколько в них веры в беспредельную щедрость, стойкость, мудрость народной души! Перечитайте рассказы «Пролетали лебеди», «Материнское сердце», «Золотые руки», «Бабилей», «Самая счастливая», крохотные миниатюры из книги «Трава-мурава», и вы еще раз убедитесь в том, что только пронзительным чувством слитности с родимой землей, жаркой любовью к человеку-труженику живо слово писателя!

И еще об одной дорогой черте в творческом облике Федора Абрамова хотелось бы сказать в заключение: граждански очень страстный, общественно озабоченный, беспокойный был он художник! Все боли и тревоги мира вбирала его душа, за все он переживал, все принимал близко к сердцу: от глобальных международных вопросов до положения дел в родной деревне. Но, конечно же, самыми насущными, главными были для него заботы о нашем социалистическом Доме. Как он любил свой народ, как он хотел, чтобы было больше успехов и совершенства, красоты и лада во всех сферах нашей жизни! И как он ненавидел разнодушие, бесхозяйственность, формально-бюрократическое огношение к делу.

Вспомним взволнованные публицистические очерки Ф. Абрамова, его статьи и интервью, его речи на писательских съездах, литературный вечер в Останкино, его открытое письмо землякам «Чем живем-кормимся». Вот в этих горячих, идущих от сердца словах — весь Федор Абрамов, один из честнейших писателей Русской земли, верных сынов Отечества. Недаром же Александр Твардовский отмечал в письме к Борису Панкину, что в лице Федора Абрамова он видит «человека, мало сказать, талантливого, но честнейшего в своей любви к «истокам», к людям многострадальной северной деревни, и терпящего всяческие недооценку и ущемления именно в меру этой честности».

С годами общественная озабоченнность Федора Абрамова все более усиливалась. Трудная одолимость негативных явлений омрачала его, делала угрюмым, раздражительным. В последние годы он очень спешил, чувствовал, видимо, что время и силы уходят, хотел успеть больше. Личному уделял меньше и меньше внимания. Все мелкое, суетное отодвигалось в сторону. Зазвать его, поговорить с ним становилось все труднее...

Не думаю, чтобы это было общеписательским свойством. Напротив, многие пишущие с годами становятся благодушнее, успокоенное. Нет, это было проявлением все того же, абрамовского духа, свойством настоящего борца. Не умел он экономить силы, не привык щадить себя. В безвременном уходе Федера Александровича из жизни это безоглядное сжигание души, конечно же, сыграло свою роль...

Годы прошли со дня смерти Федора Абрамова. Но значение сделанного им не умаляется. Книги его завоевывают все большую популярность, колоссальный духовный заряд, заложенный в них, захватывает все более широкие круги читателей.
Как всякий большой писатель, Ф. Абрамов опережал события. Он провидел сегодняшнее, время коренных перемен, он верил в творческие силы народа и будил его энергию. И в наши дни, полные труда, дерзаний, поисков, он в гуще жизни, в первых рядах строителей...

Ф. Абрамов никогда не писал специально для юных. Но, думается мне, сама абрамовская страстность, абрамовский жар — это проявление настоящей, неуемной молодости. Поэтому-то Федор Александрович Абрамов, певец обновления и активности, навсегда останется и одним из самых верных друзей и наставников юности.

TPL_BACKTOTOP