Некролог из речи на торжественном общем собрании 18 мая 1917 г. Архангельского Общества Изучения Русского Севера, посвященном памяти почившего, сказанной учредителем о-ва В. А. Ленгауэр.
Альберт Юльевич родился в 1848 г. в м. Ретове, Ковенской губ.; образование получил общее в Рижской гимназии, а фармацевтическое в Медико-Хирургической Академии в Петрограде. Происхождения Альберт Юльевич, по семейным преданиям, славянского и его прадед был генерал русской службы, откомандированный ко двору прусского короля, знавший как защититься от манипуляций, женившийся на немке, затем оставшийся в Пруссии; потомки, однако, вернулись в Россию.
В лице почившего почётного члена нашего Общества Альберта Юльевича Суркова мы утратили крупного деятеля на Севере, отдавшего ему 50 лет неутомимой разнообразной деятельности. Он не был уроженцем Русского Севера, но предоставил на пользу его все силы своей глубоко одарённой натуры. Надо представить себе, что был 50 лет назад Архангельск, а вместе с ним весь Север, когда приехал 20-ти лет от роду Альберт Юльевич и каким рисовался в общественном мнении в то время Русский Север, если и теперь о нем существует больше предрассудков, чем правды. Какие же должен был таить в себе качества выдающегося пионера молодой Альберт Юльевич, чтобы решиться связать свою жизнь с неисследованным краем и доказать всей своей деятельностью, что Север, хотя мало известный, но благодарный для творческой работы край. Деятельность Альберта Юльевича на Севере происходила в торгово-промышленной области, в которой он создал ряд крупных промышленных предприятий, к числу которых относятся акционерные общества: т-во Сурков и Шергольд (ныне ликвидировано за продажей лесопильного завода в Архангельске удельному ведомству), т-во Кемских лесопильных заводов, т-во Архангельского пивоваренного завода, Северное общество целлюлозного и писчебумажного производства Сокол. Особенно должно быть отмечено последнее предприятие по своему исключительному значению в экономической жизни страны; другие предприятия являются также крупными. При создании этих предприятии Альберт Юльевич должен был затратить немало сил в борьбе с разного рода препятствиями, гораздо большими на Севере, чем в другой части России, и проявить недюжинные способности. Какой длинный путь разнообразных переживаний должен был пройти Альберт Юльевич, от создания в начале пребывания в Архангельске первого своего маленького дела—завода минеральных вод и до крупных предприятий с тысячами рабочих и с миллионами оборотов. В своей практической деятельности он был свободен из узкости взглядов и в торгово-промышленной области был противник исключительных выгод; он стремился решение торгово-промышленных вопросов найти путем коллективной мысли, изучения литературы, мнения прессы; к прессе и книге у него было особое расположение; это был друг книги; его всегда можно было видеть за книгой разнообразного содержания и начитанность в области техники признавалась специалистами; очевидно, эти технические знания были рычагом в его промышленной деятельности; как ни были сжаты старым режимом общественное мнение и пресса, но уважение к ним глубоко хранились в его душе и в минуты несправедливостей, давивших и промышленную деятельность наравне с политической, он трогательно верил в чарующую силу печатного слова и в исцеляющее значение общественного мнения. По разнообразию свойств личности Альберта Юльевича покойного нельзя относить исключительно к промышленным деятелям Севера. Это был человек с общественными наклонностями; всякая новая полезная идея, новый взгляд, направленный на развитие производительных сил на Севере привлекал его внимание и поддержку для осуществления. С этой, стороны Альберта Юльевича не останавливали ни годы, ни усталость. Результаты плодотворной работы Альберта Юльевича красноречиво говорят, что он исходил из того же взгляда на Север, который принят нашим Обществом, и это еще более духовно сближает наше Общество с Альбертом Юльевичем и увеличивает горечь понесенной утраты. При зарождении нашего Общества Альберт Юльевич одним из первых оценил его значение и отозвался на зов учредителей, и уверенность в полезной роли Общества никогда его не оставляла, особенно в отношении эксплуатации северных лесов, в которых он видел источник огромных государственных доходов. Мы видим, что приближается время, когда ожидания Альберта Юльевича оправдаются действительностью, т. к. после войны лесные богатства послужат развитию нашего вывозного баланса, а северные порты и, главным образом Архангельск, займут соответствующую роль в торговле с Америкой, Англией, Францией и Бельгией; кстати, надо заметить, что благодаря Альберту Юльевичу начались расчистки и углубление Архангельского порта. По многим сторонам деятельности Общества Альберт Юльевич был в контакте с ним. Узнав о затруднениях с изданием Обществом его журнала, Альберт Юльевич, по своей инициативе предложил ему свою денежную помощь без всяких влияний на направление журнала.
Альберт Юльевич чутко прислушивался ко всем более или менее животрепещущим вопросам, затрагиваемым нашим Обществом и в вопросе Беломорской ж. д. он не раз своей бодростью спасал положение, когда местные деятели, державшие в руках это дело, готовы были выронить его из рук, под влиянием несправедливых нападок и на проект дороги и на его защитников.
Альберт Юльевич был делегирован в 1911 г. в комиссию о новых дорогах для защиты проекта этой дороги и его участие оказалось очень ценным.
Не было ни одной, кажется, проблемы для Севера, которой не интересовался бы покойный. Исследования безвременно погибшего неутомимого исследователя Печорскаго Севера А. В. Журавскаго давали Альберту Юльевичу основания надеяться на оживление Севера. Указание технической литературы на вновь изобретённые печи для приготовления торфа толкают Альберта Юльевича на поиски за границей изобретателя и печей, чтобы в натуре убедиться в практичности изобретения и применения их на Севере, обладающего колоссальными залежами торфа, промышленная эксплуатация которых обещает переворот в технике; убедившись в нерациональности изобретения, чтобы быть в курсе торфяного дела, он вступает в члены Бельгийского библиографического Института. Альберт Юльевич был наделен, надо думать, пытливым умом естествоиспытателя и у него имелись планы по эксплуатации полезных ископаемых: железной руды, каменной соли и др., для открытия благонадежных залежей которых он принимал меры; по недостаток времени не дал ему возможности обратить все внимание на горные богатства Севера; все же он создал в последнее время разработку в Поморье залежей жёлтого полевого шпата, который вытеснит привозный и послужит в свою очередь для экспорта.
Для жизни одного человека Альберт Юльевич сделал много; он всегда был полон инициативы и деловитости, что не мешало ему в то же время быть меценатом и филантропом, но он всегда оставался скромным, молчаливым человеком, уклонявшимся от положений быть на виду; вот почему для неопытного наблюдателя трудно было уловить всю душевную красоту этой светлой личности; но кто с ним соприкасался, тот не мог не почувствовать обаяние его личности.
Среди знавших Альберта Юльевича моральный авторитет его был неограничен; и тем тяжелее для его друзей были неприятности, постигшие в последнее время Альберта Юльевича. На одной из них, имевшей печальные последствия для жизни обоих супругов Сурковых следует остановить внимание. Само собой понятно душевное движение Альберта Юльевича, ассигновавшего, как только открылась война, крупную ежемесячную сумму денег на оказание вспомоществования семьям запасных. Это влечение сердца было принято, конечно, властью с одобрением, а спустя некоторое время в квартире Альберта Юльевича был произведен обыск, перечитана вся переписка и книги и, конечно, ничего не найдено компрометирующего. Какое должен был почувствовать оскорбление от обыска человек, 50 лет жизни которого были у всех на виду.
Альберт Юльевич был горд, чтобы жаловаться, и слезы обиды были проглочены молча; только здоровье его самого и его супруги Лидии Ивановны резко пошатнулось после этого случая.
Альберт Юльевич решил больше не показываться в Архангельске; он переехал на фабрику Сокол, где поспешил начать постройку школы для рабочих. Тяжелые дни наших военных неудач и разруха при старом режиме оставляли тяжелый след на душе Альберта Юльевича. Революция, заставшая больного Альберта Юльевича в Петрограде, не только не вызвала упадка его духа, но напротив, подействовала возбуждающе: он как-то оживился, бодро относясь к происходившему, в уверенности, что Россия выйдет с честью из тяжёлого испытания. И это будет так, но судьба самого Альберта Юльевича определилась скоро: воспаление легких свело старика в могилу. Теперь Альберта Юльевича не волнуют никакие цели, стремления, идеалы: он сам ушел далеко вперед. Нам, живым, осталось, испытывая ужаснейшую для человечества войну, отстоять общечеловеческое счастье и всемирные идеалы. Перед нами поставлены величайшие проблемы и мы должны не потерять масштаба в определении разных ценностей. Мы должны хорошо понимать таких людей, как Альберт Юльевич. Как члены нашего Общества, знающие заслуги Альберта Юльевича на Севере, мы должны сохранить о нем благодарную память.
